Золотой человек

Жил в деревне мужичок. Вся деревня его любила. Не пьющий, безотказный, на все руки мастер. И ко всему имел любопытство: что да как на белом свете устроено. Золотой человек.

Да срубил кто-то в их деревне игральную избу. Не иначе, нечистая сила попутала. Заглянул раз мужичок в избу – любопытства ради. А в избе брань, дым коромыслом, деньги по-над полом летят. Можно поднять, а можно и последнее потерять. И затянуло мужика.

Поначалу-то фартило, везло, а потом всё проиграл, до портков и портянок. Да еще долгов назанимал кабальных! Беда. Сама жизнь под вопросом оказалась.

А жить как-то надо, что делать? Лесом кормился да рекой. Не раз уж с ним бывало:  вытащит чужие сети, рыбу соберет, ну и сыт. Да ведь известно: на всю жизнь не насытишься. Голод не тетка, как припрет – мужик опять через темный лес к речным заводям.

А на полнолуние такой тяжелый невод из воды потянул, чуть из рук не выпустил, да в неводе что-то бьется, плещется, в речку рвется. Не сразу и осилишь. Поднатужился мужик,  вытащил сеть на берег, а в сети – русалка.

Из сил, бедная, выбилась, чуть живая. Чешуя ободрана, тело о камни побито. Еле дышит. Надо спасать. Целую ночь с ней промаялся. Сеть распутал, чистый лоб прохладной водицей смачивал, к свежим  ранам траву прикладывал, – а что еще делать, и не знает. Уже и утро.

Очнулась русалка. И спасибо не сказала – скорей в воду.

Остался мужик без еды. Развел мужик костерок, да нечего бросить в котелок. Всю ночь провозился, а разве что воды напился. И обида свербит пуще голода.

Вдруг слышит голос девичий:

– Есть золотое дерево. Ветку отломи. К чему веткой прикоснешься – золотым станет. Но в избу игральную больше не ходи, пропадешь.

– А где дерево? – спрашивает мужик. А сам оглядывается: откуда голос? Видит, русалка на мостках, где белье полощут, сидит. Хвостом воду баламутит.

Сощурилась и говорит:

– Подбери на берегу мою чешуйку. Из руки в руку перекинь – и окажешься там,  где тебе надобно. Прощай, добрый человек.

Сказала так русалка, и только её и видели.

Да об одном  не предупредила мужика: нельзя до ветки голыми руками дотраги-ваться. То ли из памяти выпустила, то ли обида на людей осталась? Кто ж русалок разбе-рет!

Поднял мужик чешуйку, и смешно ему. Ну, перекинул с руки на руку, а дальше что? Пошел к костру погреться – а костра нет. Огляделся – и озера нет. И деревни вдали не ви-дать. Ничегошеньки нет!

Испугался мужик. Чешуйка-то  серьезная оказалась. И опять он с руки на руку её пе-рекинул… И оказался у хрустальной горы.

Внутри горы огоньки разноцветные летают. А на хрустальной вершине золотая сос-на растет.

Не обманула русалка! Надо, стало быть, лезть, ветку ломать. А гора-то как лед скользкая. И ни лестницы, ни веревки. Разулся мужик, попытался с разбегу заскочить – только ноги порезал. Смекнул: а чешуйка на что? Опять с руки на руку перекинул – и об-мер от изумления.

Стоит мужик возле золотой сосны. За ветку золотую руками держится. Под ногами дым-облака. Ветер свищет – того и гляди  унесет куда-нибудь. Собрал все силы мужик, на ветке золотой повис… Очнулся на берегу.

Руками-ногами пошевелил: уцелели, слава Богу. И костерок горит. И деревня, смот-рит, на месте. А рядом в траве блестит что-то. Потянулся – и точно: золотая веточка.

Смотрит мужик, любуется. И дотронуться страшно: вдруг обман всё.

Взял мужик веточку, коснулся камешка –  камешек враз пожелтел. Мужик на зуб – золото! Ай да, рыбонька, ай да русалка!

В один день мужик все долги раздал. Подарков накупил родне. Лодку новую взял: задумал податься в чужие края, где его никто не знает. Заново жизнь начать. И кумовья в игорную избу зовут. Э нет, думает мужик, ни ногой! С утра, думает, и близко не подойду. А под вечер – что ж, разве что заглянуть попрощаться?

И только он так помыслил, хватился  – а нет веточки! Ай беда! Выронил где, что ли? У родни ли, думает, оставил… Пропала веточка напрочь. Как корова языком слизнула.

Побежал мужик к лодке: вдруг там веточка? За уключину рукой задел – ничего не понимает: золотая стала уключина! Черпак взял – золотой черпак! Выходит, он теперь и без веточки над золотом  хозяин.

Мужичок от радости чуть умом не повредился. Полберега позолотил. Подумал, руку тиной болотной обмотал, отпихнул лодку от берега и скорей грести куда подальше. Народ нынче лихой. Узнают – руку  вместе с головой отымут.

Посреди реки встал мужичок в лодке во весь рост, поклонился дому, на церковь пе-рекрестился. Тина болотная с руки и соскользни в воду. Засуетился мужик, вынул  весло из уключины, а весло уже золотое. Схватился за второе – и его испортил. Грести нечем. Присел на край лодки, рукой оперся – вода как через борт золоченый хлынет! Золото не дерево, не плавает. Схватился мужичонка за голову – и сам золотом покрылся. До самых пят. Как статуя стал.

Иные говорят, что, кто видал его тогда, чуть со страху не померли. Плывет по реке золотой человек в золотой лодке. Русалки вокруг. И песни поют. Вместе и под воду ушли.

А я слыхал другое. Мужичок богатый стал, степенный. Ветку поглубже закопал и место забыл. А если что помочь или за советом, то, пожалуйста, приходи. Отказа у него нет.

Золото, а не человек.

 

ВНИМАНИЕ! Все авторские права на сказку защищены законами России, международным законодательством, и принадлежат автору. Запрещается ее издание и переиздание, размножение, публичное исполнение, перевод на иностранные языки без письменного разрешения автора.

© В.А. Бурмистров, 2005